Моя Божественная Комедия. Третий день во Флоренции

Впечатления от посещения Соборной площади, от вскарабкивания на Купол и на Кампанилу, от разглядывания фресок в Баптистерии Иоанна Крестителя примерно такое: если рука человека могла создать всю эту необъятную красоту из камня, мрамора, красок и золота — то и для меня нет ничего невозможного. Тем более, что единственный мой инструмент — это слово. А для того, чтобы его запечатлеть, достаточно ручки и блокнота.

Баптистерий напомнил мне немного русские православные церкви, потому что под куполом  в нем огромная фреска Спаса. Позже я узнала, что многие греческие и византийские мастера приложили свою руку к храмам Флоренции. Так что, мое наблюдение не было придумкой.

 

Темнеет в начале восьмого. Я сижу на площади напротив Собора Санта Мария Новелла. Я думаю, что я смогла бы жить во Флоренции, и эти улицы могут принять меня за свою. Мне ужасно польстило, когда Фризо, голландец, и его друзья, приняли меня за итальянку. И только истинная итальянка — Ева, моя тезка, сказала, что я look totally Russian. А потом добавила: in a good way. С Фризо мы познакомились, на Кампаниле. Он боялся подниматься выше, а у меня заклинило камеру на телефоне. И мы, можно сказать, друг друга спасли. Он фотографировал меня на Кампаниле, а я вдохновила его подняться на самый ее верх. Сказать по правде, я тоже побаиваюсь высоты, хотя не собиралась все же останавливаться из-за этого. В любом случае, вместе веселей. Когда мы поднялись наверх, Фризо познакомил меня с друзьями. Первая, с кем я стала здороваться, на мое «Ева» ответила «Eva». Я притормозила — после долгого подъема мысли двигались медленно. И стала объяснять, что меня зовут Ева, а она объясняла мне, что ее тоже зовут Ева. Мы очень потом смеялись над этим. В компании Фризо еще оказались Макс из Германии, Эльвира из Испании и парень из Индии, чье имя было таким редким и «нерусским», что я его забыла тут же. После Кампанилы на каждом ярусе которой я жадно вдыхала красоту тосканских пейзажей, мы отправились обедать. А по пути выяснилось, что Ева ведет нас в то же самое место, что мне посоветовали знакомые флорентийцы. По пути выяснилось, что все мои новые друзья — ученые, занимаются молекулярной биологией в Нидерландах. Фризо стеснительный, но очень милый. У него копна пышных волос, усы и борода, чтобы выглядеть старше. Зато его любовь к джелато выдала его с головой. Макс — разбитной немец, который не спал всю ночь накануне. А все из-за Евы. Она сама рассказала мне, что «ссорилась с бойфрендом, то есть не с бойфрендом, а так, с одним ужасным парнем»… И она злилась: не то, чтобы она злится, она вообще спокойная, но если ей дают повод злиться… И вдруг она увидела Макса и на всю улицу закричала: какой красивый парень! Какой красивый парень! И так, они любили друг друга всю ночь, резюмировала я про себя. Иначе почему Макс не спал всю ночь, а вместо того, чтобы стоять в очереди на Купол вместе с нами, они с Евой ушли в неизвестном направлении?
Всюду жизнь. Всюду кино.